«Успех – это не только когда церковь пополнилась новыми прихожанами, а когда общество становится более человечней и благородней»

Интервью с Владимиром Убейволком, доктором философии Университета Уэльса; преподавателем миссиологии, пастором церкви «Свет миру», директором благотворительной организации «Начало жизни».

Вы узнаете, как Церкви ответить на запрос и нужды общества, как организовать социальное служение с нуля на примере 11 социальных центров.

Мы поговорим, какие должны быть мотивы у волонтеров и активистов, какие насущные тенденции социального служения, как находить финансирование на развитие служения и оставаться на «плаву» во время кризиса? Как успешно организовать служение в Церкви и за ее рамками?

– Как правило, каждая поместная церковь сильна в каком-то направлении.  Почему вы стали активно заниматься социальными проектами?

– Все началось после окончания библейского университета в 1997 году в Санкт-Петербурге, мы с женой переехали  в Кишинев. Первое на что, она обратила внимание – статистика абортов в Молдове. В то время никто этой проблемой в стране особо не занимался. Основная деятельность общественных организаций и церквей была направлена на помощь детям-сиротам.

Тогда моей жене Юлии пришла идея предложить сотрудничество с отделениями кризисной беременности. В 90-ые годы главврач разрешил приходить в больницу и беседовать с женщинами, желающими сделать аборт. Ведь он осознавал наличие этой проблемы.  Спустя время мы зарегистрировали общественный фонд, от которого моя жена продолжала трудиться в этом направлении.

Все это было на добровольных началах, денег у нас не было. Условия было такое: женщина не может пойти на аборт, не переговорив с консультантом. Женщинам нужно было осмыслить, что они делают и какие последствия таких решений, выговориться…

– Ваше служение вышло далеко за рамки вашей церкви…

– Я помню, как жена спросила, чем я могу помочь? Я, как церковный служитель,  не сразу понял, что я могу делать в этой сфере. Я был занят преподаванием в библейских учреждениях, был пастором.  Жена занималась социальной работой с женщинами, а я теологией.

Ключевым переломным моментом для меня стала моя докторская. Я исследовал тему «Служения Христа» по евангелию от Луки. Для меня это стало как «второе покаяние». Оказывается, на эту тему написано десятки статей, сотни книг, множество мест Писания – ответственность Церкви за общество, за ситуацию в стране, даже за политическую…

– Вы имеете глубокое откровение, основанное на Писании…

– Получается, что моя жена начала  действовать по побуждению сердца, а я пришел к этому, изучая глубоко тему в Писании. Параллельно с этим через год в 2005 году я попадаю в семинарию в Праге на практику. Одна американская миссионерка предложила нам служить проституткам. Для меня также это не было понятно, но я решил пойти. Мы провели 2 часа, общаясь с девушками, со мной был болгарский пастор и две американки. Девушки легкого поведения – были болгарки, цыганки. Те два часа в баре были сложными, мы надышались дыма сигарет. Мои коллеги просто общались с ними. И только когда мы вышли из бара, к одной из американок подбежала со слезами девушка с просьбой помочь вернуться домой. Это долгая история, но мы пошли к сутенеру забирать паспорт девушки – жертвы трафика. Это была мощнейшая мафия, сутенер был цыган. Случилось чудо, он узнал болгарского пастора, который был в прошлом судимый и занимался тюремным служением.  Поэтому он согласился отдать паспорт. Миссионерка оплатила билет обратно, болгарская церковь после приняла бедную девушку под свой покров.

Позже я узнал, что в Чехии среди проституток есть девушки из Молдовы. Я был удивлен, что таких девушек тысячи по Европе. Я изучил статистику, пошел в отдел миграции, в азличные инстанции и узнал, что Молдова первая в мире по трафику.

– Как Церкви принести Христа в погибающий мир ?

– Часто Церковь ждет, когда к ним придут все страждущие и обремененные, но так будет не всегда. Нам нужно идти  общество и стать ответом на их нужды. Для этого мы сначала создали фонд, оказывающий помощь беременным женщинам Молдовы. Но это была узкая специализация. После создали общественную организацию, которая занималась социальными вопросами, образованием, работой с молодежью, детьми, семьями, родителями…

– Часто церквям не разрешают вести религиозную деятельность в обществе или обвиняют в “вербовке” в религию»…

– На самом деле мы зарегистрировали общественную организацию не для того, чтобы «заманивать людей в церковь», наоборот, эта работа стала мостом выхода нам в общество. Мы думали, о том, как Церковь впустить в общество, не ожидая, что после помощи люди обязательно придут в церковь. Конечно, мы этого хотим, желаем, чтобы все спаслись. Но нами движет мотив Иисуса, когда Он посмотрел на людей и сжалился над ними, потому что они были утомлены и «разбрелись как овцы, не имеющие пастыря».  Понятие мотивации и понятия цели в служении очень важно. Часто Церковь делает что-то для того, чтобы… Но мы делам добро, потому что нам жалко людей, мы не можем смотреть спокойно на девушек, которые пережили насилие или сирот, которые остались без родителей… Мы имеем сострадание.

Нас пытаются государственные структуры в этом упрекнуть. Да мы как организация, открытая христианами руководствуемся христианскими ценностями, это никогда не скрывали. Был такой случай, что благодаря одному интервью, министерство на год закрыло нам доступ в школы, потому что не совсем правильно была преподнесена информация. Мы в школах никогда не занимались религиозной деятельностью. Мы говорим о ценностях. Естественно, некоторые люди интересуются, где можно узнать больше.

Для меня успех – это не только когда церковь пополнилась новыми прихожанами, а когда общество становится более  человечней и благородней. Если человек голодный ему сначала лучше дать хлеба, а потом уже можно и Библию подарить.

– Идя в социальную сферу мало только лишь библейских знаний, наверняка нужны специалисты?

– Формирование команды было длительным процессом. На это ушло около 10 лет. Я поставил акцент на то, чтобы отыскивать людей с «сердцем» и призванием. Мы брали тех, кто «горел» и помогали им становиться специалистами, кому нужно было богословское, кому светское образование. Все наши сотрудники профессионалы (психологи, психиатры, социальные педагоги, в штате есть юрист и т.д.).

– Выходит, вы стали первопроходцами в социальной работе в вашей стране?

В какой-то степени да. Локальная инициатива исходила от нас. Есть большие международные организации, которые представлены во всех странах. Мы являемся местной инициативой, национальной. Наша организация работает в рамках страны, но поддержку ищем везде.

– У вас множество программ, расскажите про центры и их особенности.

– В 2017 году у нас было 11 центров, работающих по двум основным программам. Первая «Метаморфоза» – работа с людьми, потерпевшими с социальной несправедливостью – это 5 центров. 2 – стационарных для людей, которые попали в сексуальное рабство (жертвы трафика), такой центр функционировал 9 лет.

Сейчас динамика поменялась. Женщины не хотят возвращаться в Молдову, по закону могут оставаться в других странах Евросоюза. Поэтому сейчас выстраиваем сеть взаимоотношений с Германией, Италией, Швейцарии, Британии, там, где наши молдаванки пытаются заработать на жизни или глее их эксплуатируют.

Второй центр «Дрим хаус» – для девочек-сирот, пятнадцатилетних, выпускниц интернатов. Мы их берем на три года, помогаем им с образованием и оказываем приют. У нас действует программа, когда девочки заканчивают школу, колледж, получают образование, пока не станут на ноги.

Третий Центр – это центр гуманитарной помощи, простой, но эффективный. Мы помогаем с продуктами питания и одеждой. Но главная цель, это не просто временная помочь, а помочь людям в том, чтобы они нашли работу, чтобы появился стабильный доход. Например, ищем курсы и оплачиваем обучение. 1200 человек получили помощь в этих центрах.

Другие 6 центров – одинаковые. Детский сад для матерей-одиночек, которые сохранили детей, несмотря на все сложности. Мы помогаем им не только подгузниками, а обучаем как стать мамами, как воспитывать детей. Раз в неделю, мама приходит с ребенком от 6 месяцев.  80 матерей и 120 детей.

Центр – арт-терапии. Психологическая студия, где мы используем рисование, глину… Таким образом люди получают исцеление от своих ран и травм. Многие из них интересуются и идут дальше, могут изучать Библию. Все программы разработаны на библейских ценностях, разработанными нашими специалистами, наши творческие авторские разработки.

Параллельно мы ведем 2 проекта между – Школа родителей и Академия семьи.

Школа родителей – рассчитана на одиноких матерей, программа также на 3 года. Готовим программу на еще один год.

Интервью с Владимиром Убейволком

Академия семьи, трехгодичный проект рассчитан на работу с парами. Это тренинги, семинары, консультирование и коучинг. Процентов 80 доходит до конца.

У нас только одно свое помещение – «Урбан центр», все остальные центры  – арендованные здания. В это здание к нам приходят завучи школ, мы часто разрешаем провести какие-то городские конференции педагогов, к примеру.

– Есть ли платные программы?

– Это следующий наш шаг развития. Директорам наших центров мы поставили задачу к маю 2018 года прийти к определению, какие из наших программ будут платные. Наши бенефициары также понимают, сколько тратится средств и готовы жертвовать. С января следующего года мы будем взимать плату за некоторые курсы. Самое интересное, что «плата» может взиматься не только деньгами, например временем и помощью. Женщины и подростки с 14 лет, могут быть добровольно задействованы в помощи другим. Например, проведение акции в  центре города, посетить стариков и т.д.

У нас даже был такой проект как «пила». Мы купили бензопилы и ездили по соседним селам и пилили дрова старикам или когда кто-то может посидеть с малышом, пока его мать либо отдыхает, либо решает какие-то дела.

– Как вы заботитесь о молодежи города?

– Через молодежные центры (урбан-центры). Работа центров направлена на подростков, детей, молодежь, профилактика и развитие потенциала, будущей профессии. Двухгодичный курс, который подготавливает ребят к будущей жизни. Начиная от того «как понять свои эмоции», заканчивая «как найти работу своей мечты».

– Где находить деньги на проекты. Многие не начинают ничего без ресурсов?

Это очень серьезный и насущный вопрос для всех организаций. Искать финансирование не просто. В  этом году сильно сократилось финансирование, у нас остался в Кишиневе только 1 центр, который мы финансируем, все другие существуют, но уже на самостоятельном содержании.

Дело в том, что в 2015 ООН собрала саммит – где была дана установка выводить социальную сферу из «зависимости» от западных доноров. В связи с этим стали меньше давать деньги на благотворительность и образование, а больше денег на социальные инициативы по бизнесу – построить коровник, теплицу, зарабатывайте сами себе деньги, организовав что-то. По этой причине стало сложнее многим.

– Когда вы начали социальное служение, могли ли бы представить тогда, что у вас будут работать 11 центров …? Ведь многие так и не решаются что-то начинать, потому что у них нет ни финансирования, ни поддержки?

– в 2015 году мы праздновали 15 лет организации, это была яркая программа с участием молдавских певцов, сняли кинотеатр,  пригласили разные коллективы… Интересно, то, что когда попросили вставать людей из команды, присоединяющихся по годам с 2000-го – первой встала только жена, а после по увеличению лет, поднялось 54 человека. С годами наша команда увеличивалась. На самом  деле, я встречал служителей и социальных активистов, которые говорили – я бы сделал, только дайте мне деньги. Я думаю, что путь «пяти хлебов и 2 рыбок» – намного интереснее, с точки зрения подхода Бога и понимания того благословения, что Он дает.

Как я рассказывал, наша первая консультация была в больнице бесплатно в одном из кабинетов. Дальше беседы проходили в съемной однокомнатной квартире на кухне. Были момент, когда я уезжал в командировку, а возвращаясь, у нас уже кто-то жил (глухая девочки и беременная женщина была…). Были такие моменты, когда просто понимали, что нужно потесниться, не ждать, когда у нас будет свой дом или здание. Фактически во всех этих вещах, мы видели провидение Господа.

– Как Бог вел вас в развитии социального служения?

Я помню, как в своем дневнике, записал картинку, которая была в моей голове – дворец с разными комнатами, везде было много людей. У меня было впечатление, что кто-то до меня уже приходил и подготавливал почву. В нашей работе я видел, как Бог действовал до того, как мы приходили на переговоры к кому-то (властная структура, церковь, партнерская организация), люди уже нас ожидали и спрашивали, чем мы можем вам быть полезными… Мы шли по шагам Бога. Сейчас немного другое время – мы идем в новом направлении.

– Вы развиваете социальный бизнес?

– Да! Это структура, где мы предлагаем работу женщинам, которых не берут в других местах. Мы их обучаем, добиваемся высочайшего качества, это цех. Там работают от 5 до 30 женщин. Мы открыли очень высокого качества магазин сувениров – хендмейд. Почему высокого качества? Нас приглашают на разные посольства, различные ярмарки на национальном уровне, заказывают сувениры и декор. Цены, соответственно у нас дороже, чем китайские изделия. Люди, ценящие качество, приходят к нам, приобретают продукцию. Мы разрабатываем от дизайна до декора все необходимое. Также мы думаем над другими вариантами. Получается, такими вынужденными ситуациями Бог нас ведет в таком направлении.

– Церковь и общество:  религиозность или дружба с миром? Как на ваши методы работы в социуме реагируют братство? Некоторые методы не привычны для церкви, например, светские артисты на концертах

– Многие не воспринимают. Считают, что Церковь теряет свою идентичность. В таких ситуациях я спрашиваю – покажите мне границы в Библии, где начинается и заканчивается Церковь? Я постоянно изучаю эту тему, пишу статьи и книги. На сплетни я не реагирую. Сложности есть и были всегда. Например, некоторые приходят к руководству церкви и говорят «пока эта церковь будет в союзе – мы уйдем». Ставят ультиматум.

Да, для молодежи мы используем современную техномузыку. У нас церковь евангельских христиан, которая входит в союз евангельский христиан баптистов Молдовы. Никогда не будет абсолютного взаимопонимания. Нужно делать то, к чему призывает Бог, стараясь «сохранить единство  духа в союзе мира».

– Душепопечение в церкви, сфера сексуальности и стыд? Какие программы внутри церкви вы используете?

– Что касается ЛГБТ – Молдова в целом более консервативна. Гомосексуалисты есть, но их не видно. Попытки провести парады были сорваны православными. Протестантские церкви не всегда хотели сотрудничать с ними, так как присутствовало много агрессии и ненависти. В таком случае лучше провести фестиваль семьи, чем антигей-парад. Церкви нужно четко разграничивать – где парады с целью пропаганды, а где индивидуумы с нетрадиционной ориентацией нуждающиеся в помощи.

К сожалению, в церкви актуальна проблема культуры  стыда. Людям сложно признаться, а что подумают родственники, соседи, члены церкви и т.д. Есть барьер, твердыни, которые нужно ломать.

Институт душепопечительства в Церкви особо необходим тогда, когда слабый институт

ученичества.  Как по мне душепопечение – это работа с человеком, который попал в серьезную проблему. Мы ставим особый акцент на ученичество, с целью подготовить людей к что если они встретятся с проблемой или искушением могли их пройти, взять ответственность и, конечно, мы рядом, чтобы поддержать.  Важно работать на предупреждение. Эта наша церковная политика.

– Значит, нужны разные программы в Церкви?

– Совершенно верно! Для каждого уровня своя программа. «Церковный интернат»  – это когда воспитывают группой, нет индивидуального подхода, все в одном классе. Мы пришли к выводу, что есть люди, которые по десяткам лет в Церкви, в то же время они остаются еще духовными младенцами.

– Благодарим за беседу!

Татьяна Пинчук, territoriao.info

Shares