Почему в обществе, где ценится свобода выбора, от врачей и учителей, от клиник по планированию семьи и клиник, в которых делают аборты, не требуют информировать женщин обо ВСЕХ альтернативах аборту, в том числе об усыновлении или удочерении?

Один мой друг сказал мне: “Когда я был консультантом клиники по вопросам, связанным с абортами, я совершенно не знал о существовании такой альтернативы как усыновление. Я никогда не рекомендовал усыновление или сохранение ребенка. Я совершенно ничего не знал о медицинских фактах, в том числе и о развитии утробного плода. У меня не было никакой фактологической подготовки. Моя работа заключалась лишь в том, чтобы убеждать обратившихся к нам женщин сделать аборт”.

Сколько женщин, пройдя через такую “консультацию”, выберут что-нибудь другое, помимо аборта? Бывшие владельцы и сотрудники клиник, в которых делаются аборты, признавались, что их работа заключалась в том, чтобы “продавать аборты” беременным женщинам. Некоторые такие клиника даже нанимали профессиональных специалистов по маркетингу, чтобы обучать сотрудников представлять аборт своим клиентам в самом лучшем свете1.

Усыновление или удочерение является положительной альтернативой, позволяющей избежать ответственности за воспитание ребенка и в то же время сохранить ему жизнь и сделать счастливой чью-то семью. Как трагично, что этот путь так редко выбирают… если его вообще предлагают в качестве альтернативы.

У женщины есть три выбора: родить ребенка и самой его растить, родить ребенка и отдать его в другую семью или убить своего ребенка.

врезка Мы должны помогать молодым людям видеть воспитание ребенка, его усыновление и аборт такими, какие они есть. врезка

Хотя аборт, на первый взгляд, может показаться самым привлекательным из этих вариантов (когда речь идет о нежелательной беременности. – Прим. ред.), в конечном счете он самый разрушительный. Аборт – не столько свободный выбор, сколько последнее средство. Многие женщины не стали бы делать выбор в пользу аборта, если бы знали, что получат эмоциональную и финансовую поддержку. Около двух третей женщин, сделавших аборт, говорят, что “вынуждены были сделать аборт в силу особых обстоятельств… более 84 % из них утверждают, что сохранили бы своих детей, если бы обстоятельства были лучше”2.

Вынашивая ребенка до родов, молодая женщина берет на себя ответственность за свой выбор. Она растет и становится более зрелой. Она может оглянуться назад и с гордостью и удовлетворением убедиться в том, что поступила совершенно правильно, дав своему ребенку жизнь и хорошую семью. Конечно, усыновление – это только одна альтернатива. Молодая женщина может сохранить ребенка и вырастить его сама. И тот, и другой вариант правилен.

“Какой бы я была матерью, если бы отдала ребенка на усыновление?” – спрашивают некоторые мамы. Парадоксальность ситуации зачастую состоит в том, что мать, которая ни за что не отдаст своего ребенка на усыновление, потому что он ей так дорог, на самом деле убьет этого самого ребенка. Вопрос, который она должна себе задать, звучит не “Как я могу отдать своего ребенка на усыновление?”, а “Как я могу убить своего ребенка абортом?” Даже если она не может сама заботиться о своем ребенке, разве она не понимает , что должна в таком случае дать возможность другим людям любить его и заботиться о нем? К сожалению, это не так просто.

Женщина, принимающая решение, как быть с нежелательной беременностью, хочет, чтобы ее проблема исчерпала себя, тогда как усыновление, судя по всему, не ставит точку в ее “деле”, а оставляет ее с чувством “неопределенности и вины перед самой собой и своим ребенком”3. В ней может родиться ощущение, что она не просто мать, а плохая мать, которая позволила отдать своего ребенка незнакомым людям. У нее может возникнуть чувство, что она бросила ребенка на произвол судьбы или что с ее ребенком будут жестоко обращаться. Суть таких переживаний держится на том, что если бы она сделала аборт, то ее ребенка не было бы вообще, а она вообще не ощущала бы себя матерью. В действительности, конечно же, она не может выбирать, стать ей матерью или нет, или реален ее ребенок или нет. Оба эти факта неизбежны. Ее ребенок – это реальность, и поэтому она является матерью. Единственный вопрос заключается в том, что она, мать, сделает со своим ребенком?

Поскольку у нее еще нет тесной привязанности к своему ребенку, аборт может показаться ей простым решением, тогда как расставание со своим ребенком  после его рождения будет эмоционально трудным. Но жизнь ребенка до формирования привязанности так же реальна, как и после. Мы должны показывать им усыновление как смелый выбор, тот выбор, который даст жизнь и ребенку, и новой семье.

Та беременная девочка-подросток, которую мы приняли в свою семью, сделала два аборта, но когда она была с нами, она родила ребенка и отдала его на усыновление. Это было нелегко, но спустя годы эта удивительная женщина сказала мне: “Я вспоминаю о тех трех детях, которых со мной больше нет, но с совершенно разными чувствами. О тех двух детях, которых не стало после абортов, я думаю с чувством горечи и раскаяния. Но когда я думаю о том, кого я отдала на усыновление, меня переполняет радость, потому что я знаю, что он растет в семье, в которой он желанен”.

1 The First Nine Months (Colorado Springs: Focus on the Family), 3.

2 Paul Marx, The Death Peddlers: War on the Unborn (Collegeville, MN: St. John’s University Press, 1971), 21.

3 http:\\ slate.msn.com\id\2090215.

По материалам книги: Рэнди Алкорн. За жизнь! Аборт: зло или благо? –

СПб: “Мирт”, 2010.

Shares